Марине было чуть больше 35. Она была прекрасна, но как будто не знала об этом. Зажатая. Деревянная. Со странной неженственной походкой. С движениями, как будто стремящимися скрыть ее сексуальность. С напряженным лицом. Но при этом в безупречном костюме, с прической и макияжем. Какое-то совершенное несоответствие внутреннего внешнему.

Такой я ее увидела у себя на приеме. Марина пришла с позвоночной поясничной грыжей.

Зажатость, напряжение — все это было частью ее жизни с детства. Строгие родители и бабушка: «Не верти попой, иди нормально!» «Никаких тебе юбочек и украшений, будь взрослой ответственной девочкой!» «Не подражай этим вертихвосткам!» Семья бедная, тяжелая обстановка советской перестройки с пустыми магазинами — сладости по большим праздникам. Улыбки, забота, любовь тоже — «по большим праздникам». А в основном — усталость родителей от работы, тяжелые взгляды, бесконечные обязанности по дому, необходимость приносить пятерки из школы, иначе мама с папой будут недовольны. Иначе она не оправдает их ожиданий и станет дворником.

Со школой тоже не повезло. Сложный класс хулиганов и двоечников, в который она непонятно как попала, будучи умной способной девочкой. Злые, уставшие от жизни, учительницы, грубо пресекавшие все, что не вписывалось в их представления, но пропадавшие всегда, когда нужна была их помощь. Однажды Марина, поддавшись непонятно, откуда взявшемуся, импульсу, тайком накрасилась маминой помадой в школу, и биологичка при всем классе стерла косметику у нее с лица тряпкой для доски… Мало того, что это само по себе было противно и унизительно, так училка еще и специально терла этой ужасной тряпкой так, чтобы девочке было больно… Об этом и многих других инцидентах родители Марины не знали. Пожалуй, не только потому что дочь от них это тщательно скрывала, а еще и потому что не хотели знать.

В такой атмосфере она и выросла. Напрочь зарубив себе на носу, что любая попытка стать красивее, женственнее — это стыдно. И может привести к унижению. Неудивительно, что она была не замужем, и у нее никого не было. Так, скоротечные романы, мужчины, которые ей пользовались и после ухода которых у нее долго не заживали раны… Всем, чем жила Марина, была теперь ее работа. О-о, там она была прекрасным специалистом, которого ценили! Там она была крута! С любым сложным делом все бежали к Марине, и она разруливала, справлялась. Там ее уважали.

Когда Марина рассказывала мне про работу, она преображалась. Плечи распрямлялись, в глазах появлялась гордость, улыбка трогала губы. Но движения по-прежнему были порывистыми и деревянными. Марина говорила мне: «У моей мамы была грыжа, у бабушки грыжа, и у меня теперь грыжа. Это у нас наследственное». Да, можно сказать, что это наследственное. Но грыжа наследуется не генетически. Наследуется напряжение. Бабушка и мама сами росли в такой вот зажатости и демонстрировали ее дочери. А она перенимала эти позы. Вот и унаследовала грыжу.

Запрещенная, зажатая сексуальность — достаточно типичная причина возникновения поясничных грыж. Со своими пациентами очно и на вебинарах мы прорабатываем связанные с этим напряжения. Стремление максимально скрыть женственность или мужественность, никаких покачиваний бедрами, никаких соблазнительных движений — это тоже мышечные зажимы. Грыжи, возникающие в таких ситуациях, как правило, появляются в районе поясницы. Кому-то везет больше, и они не сдавливают нерв. А у кого-то, у кого сдавливают, может развиться онемение и слабость в ноге и другие неприятные и опасные симптомы.

Участники вебинаров, как правило, живо реагируют на такую работу и хорошо в результате определяют, где что у них зажато. Кто-то не может с первого раза выйти из этого напряжения и расслабиться — это говорит о том, что поза привычная и «въевшаяся». Как у Марины. С Мариной у нас это тоже получилось не сразу.

С Марининой грыжей мы решили поработать консервативно. Несмотря на то, что невролог запугал женщину, я видела, что справиться можно и без хирургического вмешательства. Грыжа была приличной в размере, но нерв пережимала не сильно. Поболела и перестала. Стопа была в порядке. Ни онемения ни слабости. Я видела, что грыжа образовалась из-за «деревянности» Марины в движениях, которые, конечно же, привели к перегрузкам в самых напряженных участках. С этим и нужно было работать.

Но сначала я прописала Марине полный покой. Благо, финансово она была достаточно обеспечена, чтобы позволить себе просто лежать и ничего не делать. По дому помогала домработница, она убирала и готовила. Отпусков на работе не было уже несколько лет, поэтому начальство пошло навстречу и освободило от работы на 3 месяца. Марина колола инъекции, которые назначили ей в поликлинике, а в остальное время отдыхала, читала, смотрела фильмы. Через 3 месяца снова сделала МРТ, и картинка оказалась совершенно другой. Грыжи не было! Рассосалась.

Но этого было недостаточно. Нужно было в принципе убрать любую возможность образования грыжи. Ведь ее провоцировала привычная Маринина зажатость. Поэтому когда Марина достаточно отлежалась, мы стали работать с ней психологически. Мы работали со спонтанностью. Мы делали упражнения на доверие миру. Мы постепенно меняли установки о том, что быть женственной, сексуальной — стыдно. Было трудно. Были слезы. Работа стопорилась. Не так-то легко изменить убеждения, внушенные с детства самыми дорогими людьми. Но постепенно стало получаться. Марина начала преображаться. Улыбаться. Изменилась походка! Недавно она поделилась со мной, что стала учиться танцу живота. Я очень обрадовалась. Для такой женщины, как Марина, столько лет жившей «от головы», а не от чувств, идти танцевать — это был большой риск, как с обрыва прыгнуть. По словам Марины, ей нравится движения танца, она чувствует, как становится, благодаря им, более свободной и женственной. И здоровой, добавляю я.